![Ямщиков Виктор Николаевич](https://cdn.moypolk.ru/static/resize/w390/soldiers/photo/2020/04/30/a981c6411bcca7385747afb1f61b68cb.png)
Виктор
Николаевич
ПОДЕЛИТЬСЯ СТРАНИЦЕЙ
История солдата
v
Я, ЯМЩИКОВ ВИКТОР НИКОЛАЕВИЧ, родился 11 сентября 1921 года в г. Тюмени.
Образование высшее, кандидат педагогических наук.
С 1 сентября 1939года студент Уральского педагогического института имени С.М. Кирова.
С 28 сентября 1939года призван в ряды Советской Армии.
Зимой 1940-41 г я служил командиром отделения 4-й бригады школы МНС войск НКВД под г. Куйбышев (обл)
В составе моего отделения служили уроженцы Кемеровской и Новосибирской областей: СЫЧЁВ, ГЛАЗЫРИН, ЕЛИСЕЕВ, БЕЛОБОРОДОВ, СЕРОВ, ГЕРАСЬКИН, ИВАНОВ, МАКАРОВ, ТУРТЫРИН, КОНДРАТЬЕВ. Их имена я точно не помню, поэтому не называю. Это были парни 1920-1922 г.г. рождения.
21 июня 1941 г. Наша школа прибыла в г. ГДОВ.
С первых дней войны мы принимали участие в борьбе с немецкими диверсантами, парашютистами, а в боях под НОВГОРОДОМ, дер. ВЯЖИЩИ, НИКУЛКИНО, КРЕМЕНО и пр.
Особенно запомнился бой под д. ВЯЖИШИ. Наше отделение прикрывало отход наших частей и вело бой с превосходящими силами противника.
Курсанты были хорошо подготовлены, вели меткую стрельбу. Особенно отличились пулеметчики ГЛАЗЫРИН и БЕЛОБОРОДОВ. Они вывели из строя много живой силы противника, сожгли 2 мотоцикла и автомашину. Бой длился весь день. У нас был убит КОНДРАТЬЕВ, а все остальные получили ранения разной степени. Ночью мы вырвались из окружения и через два дня соединились со школой. Противник захватил дороги и мы лесами выходили на соединение со своими войсками. Попали в окружение под Никулкино, но прорвались.
немецкий источник о бое отряда 200 курсантов 4 школы НКВД у Никулкино против 284 пехотного полка и еще батальона!!! 283 полка немцев (почти 100 немцев положили)
284 пехотный полк 96 пехотной дивизии у Никулкино наткунулся на сильное сопротивление противника. Чтобы поддерживать продвижение 284 полка 3 батальон 283 пехотного полка 96 пехотной дивизии должен был атаковать на правом фланге. Только после тяжелых боев, в которых было 40 погибших и 51 раненых, преуспел батальон майора Германна, он с боем взял Никулкино и пробился к поселку Кремено.
В конце августа мы вышли из окружения на ст. Вырица. От двух стрелковых и одной станко-пулеметной роты нас осталось 80-90 человек. После выпуска курсантов и присвоение им званий мл. сержантов мы были направлены во вновь сформированный 2 сп войск НКВД (позже 46 сп., ППС 937) 1-й дивизии.
С начала сентября наша часть обороняла Шлиссельбургскую крепость и правый берег р. Невы (напротив Шлиссельбурга).
28 сентября наш батальон участвовал в десантной операции через р. Нева.
. В конце 1941 / сентябрь/, участвуя в десантной операции через Неву, я был ранен, контужен, не мог говорить. Прошел лагеря Ига, Резекне, Даугавпилс где умирал от голода, холода, вшей, сыпного тифа, чудом остался живым, но беспомощным и доходягой, мог только ползать. Постепенно встал на карачки- шел февраль 42 года. В марте стал выползать греться на солнышке. И, чудо, встал на ноги и вскоре меня направили в общий лагерь на работы. Какой я был работник- сил-то нет. Таких было много. Ухитрился получать хлеб и баланду и прячемся где-нибудь под нарами в темном уголке.
В апреле нас все-таки построили и увезли в Двинск- работать при городской управе. Кормили получше, да местные жители и подкармливали. К июлю стал похож на более или менее нормального человека, но силенок было маловато.
Работал при Даугавпилской Городской Управе. В синагоге был создан небольшой лагерь военнопленных (60 или 70 человек). Мы работали по разбору сгоревших и разбомбленных домов под охраной. Время: апрель-июль (август) 1942 года до побега.
Потом был увезен в Германию в Нюренбергский шталаг. Откуда был направлен в рабочую команду
« Брюнверке» (пос. Шалькау).
За саботаж и агитацию сначала был отвезен в каменный карьер (добыча бутового камня) под Швайнфуртом. После возврата отделения в Шалькау вскоре перед строем было объявлено, за саботаж и агитацию я приговорен к расстрелу. Меня увезли в Зоннеберг. Однако не расстреляли, а направили в рабочую команду на фабрику «Сименс-Шуккерт-верке»
Оттуда в марте 1945 года бежал. Многое я забыл, но можно обратиться в КГБ и найти более подробные сведения. Проверку я проходил в городах Гроссенхайм, Львов (Сокольники), Тюмень. Более подробные сведения, полагаю, можно получить из КГБ Тюмени или г. Мурома, где я жил с 1962 по 1971гг.
В г. Муроме я был представлен к награждению орденом Славы 3-й степени.
Работа против власти оккупантов многими военнопленными велась больше стихийно, по велению души и сердца, по убеждению. В частности, я вел агитацию, убеждая товарищей, в неизбежном крахе фашистской авантюры. Всем чем только мог вредил. Например, выводил из строя оборудование на «Брюни-верке», делал детали со скрытым браком, не выполнял нормы выработки, был в числе организаторов майской 1944 года забастовки.
На «Сименс- Шунгерт-верке» продолжал эту работу. За что неоднократно был бит, сидел в карцере и т. д.
В гестаповском подвале я был 2-3 дня. После побега в июле (августе) 1942 года, как поймали, избили и бросили в одну из камер подвала, где было много разных людей. Но вскоре всех военнопленных вывезли из подвала и погрузили в эшелон, который доставил нас в г. Нюренберг.
Был в лагерях: «Мга», «Резекне», «Штальлаг-340», «Нюренбергский шталаг», рабочие команды (Шалькау, Зоннеберг).
К сожалению, я просто забыл фамилии товарищей, с которыми был в плену или могу их неверно назвать.
После побега из Зоннеберга мы скрывались в лесах и оказались в американской зоне оккупации. Когда встретились с американцами, то нас направили в г. Нюренберг. Там на стадионе был размещен лагерь бывших военнопленных.
Стихийно возник комитет за возвращение на Родину, в состав которого входил и я. Вскоре после победы мы добились, чтобы американцы отправили на Родину бывших военнопленных.
Первая группа (300) человек избрала меня своим командиром (руководителем).
В середине мая 1945 г. Нас доставили на автомашинах в г. Хемниц (Карлмаркштадт). Оттуда, как батальон, мы пешком дошли до Гроссенхошма, где прошли фильтрацию. После этого пешком дошли до Бреслау, где были зачислены в запасной полк.
В составе этого полка пешком дошли до Львова, где в Сокольниках прошли еще одну фильтрацию.
Из Львова в составе рабочего батальона в октябре 1945 г. Я был направлен в г. Шахты в Артелевскую стройконтору.
Все мы числились разнорабочими. Фактически же я работал несколько дней слесарем-водопроводчиком, затем нормировщиком, а позже исполнял обязанности начальника планово-технического отдела (считались с состоянием моего здоровья, голова работала хорошо, а силенок было мало).
В это время я связался со своими родными в г. Тюмени. Оказалось, моей семье пришла похоронка и несколько писем о моей гибели.
В начале 1946 г. Я подробно описал свою «одиссею» и направил письма т.т. Сталину И.В. Швернику Х.М., Ворошилову К.Е. и в некоторые центральные газеты.
В мае 1946года меня вызвали в отдел кадров конторы и сказали, что из Москвы получили бумагу, что я пользуюсь всеми правами гражданина Советского Союза.
Мне дали отпуск, и я поехал домой в г. Тюмень.
Заехал в Г. Свердловск. Восстановить меня студентом УПИ было отказано.
С 1 сентября 1946 года я поступил в Тюменский машиностроительный техникум. Окончил техникум, а затем заочно физмат Учительского, позже Педагогического института.
Болел, на долгую жизнь не рассчитывал.
29 августа 1956 комиссия при Тюменском гор военкомате признала меня негодным к несению военной обязанности и сняла с военного учета.
Инвалидность я не оформлял.
Интуитивно нашел режим жизни и работы.
Работал преподавателем в техникуме, школе, а с 1960 года в ВУЗЕ. Защитил диссертацию, получил звание доцента.
С 1971 года работал заведующим кафедрой ОТД Кустанайского пединститута. А с января 1982 года- доцентом той же кафедры.
С 1 июля 1986 года ушел на пенсию по старости.
Такова, кратко моя жизнь.