![Волков Иван Алексеевич](https://cdn.moypolk.ru/static/resize/w390/soldiers/photo/2015/05/11/1fb9c0ecafc25496ef75ab00b420a0ff.jpg)
Иван
Алексеевич
ПОДЕЛИТЬСЯ СТРАНИЦЕЙ
История солдата
Волков Иван Алексеевич – мой дедушка, родился в 1913 году в станице Челбасской Сталинского района Краснодарского края. (В настоящее время ст. Челбасская входит в состав Каневского района Краснодарского края, а до ВОВ в Сталинский район с райцентром в ст. Крыловской). В первые дни войны Сталинским РВК Краснодарского края был призван на службу в ряды РККА.
03 октября 1943 года в районе деревни Григоровка Каневского района Киевской (а впоследствии Черкасской) области в звании сержанта, командира отделения 786 стрелкового полка 155 стрелковой дивизии 27 Армии Воронежского (1-го Украинского) фронта.
Похоронен на высоте в 2 км восточнее д. Григоровка, о чем указано в донесении Управления 155 стрелковой дивизии 27 Армии Воронежского (1-го Украинского фронта) №02025 от 08 ноября 1943.
В ст. Челбасской у дедушки осталась семья: жена Волкова Анна Архиповна, сын (мой отец) Григорий и две дочери Лидия и Александра.
Боевой путь
С начала ВОВ и до лета 1943 года боевой путь моего деда установить не удалось. А остальной боевой путь я узнал по ОБД Мемориал.
Летом 1943 года сержант Волков Иван Алексеевич служил командиром пулеметного отделения 1-го стрелкового батальона 786 стрелкового полка 155 стрелковой дивизии 27 Армии Степного, а затем Воронежского фронта. 02 сентября 1943 года в бою заменил выбывшего командира взвода и, личным примером воодушевляя личный состав, обеспечил освобождение деревни Должок, при этом в бою лично уничтожил 18 солдат и офицеров противника. За это дедушка приказом командира 155 стрелковой дивизии 27 Армии Воронежского фронта № 015/Н от 09 сентября 1943 года награжден медалью «ЗА ОТВАГУ» и назначен командиром взвода.
В середине сентября 1943 года войска Центрального, Воронежского, Степного и Юго-Западного фронтов в основном завершили освобождение левобережной Украины и в нескольких местах вышли к реке Днепр. В ночь на 22 сентября одновременно по нескольким направлениям войска Воронежского (с 20.10.1943 г. – 1-го Украинского) фронта начали форсирование Днепра в районе букринской излучины. В центре переправлялись передовые части 3-й гвардейской танковой армии под командованием генерал-лейтенанта П.С. Рыбалко, правее ее – войска 40-й армия генерал-полковника К.С. Москаленко, а левее – соединения 47-й армии генерал-лейтенанта Ф.Ф. Жмаченко.
Так о событиях тех дней вспоминал командующий 40-й армией:
"Трудности при форсировании предстояло преодолеть серьезные. Днепр на участке от Ржищева до Черкасс имеет пойму шириной от 1 до 15 км, изрезанную озерами, старицами. Русло извилистое, делится на рукава, образующие большое количество островов и песчаных мелей. Ширина зеркала реки — 600—800 м, глубина — 8—12 м. В целом местность против букринской излучины способствовала сосредоточению и укрытию наших войск.
Правый берег реки обрывистый, высотой 60—80 м, а у Григоровки — 150 м; он позволял противнику организовать сильную оборону и просматривать подходы советских войск к Днепру. Местность в излучине изобилует множеством высот, сильно пересечена оврагами глубиной 30—40 м и долинами с крутыми обрывами. Эту особенность обороняющиеся умело сочетали с искусственными заграждениями. Местность в излучине не позволяла применять массированно подвижные войска, особенно танки, и затрудняла наступление других родов войск. Наконец, противник располагал хорошей сетью дорог и имел свободу скрытого маневра силами и средствами, в то время как действия наших войск были скованы широкой водной преградой и находились в поле зрения врага”.
Противник вел сильный артиллерийский огонь, его авиация группами по 40-50 самолетом бомбила места переправ на обоих берегах и плацдарм. Борьба приняла ожесточенный и кровопролитный характер.
"Гитлеровцы стремились, во что бы то ни стало удержать правобережье Днепра в своих руках, сбросить наши подразделения в реку. Несмотря на непрерывные атаки противника, мы пробивались вперед, прочнее укреплялись на захваченном плацдарме. Шли жестокие бои за Великий и Малый Букрин”
Неудачно был выброшен и воздушный десант, предназначавшийся для облегчения действий наших войск по захвату и расширению плацдарма. В результате отсутствия у штаба фронта ясного представления о противнике, районы высадки были определены неправильно. Выброшенные в ночь на 24 сентября "десант рассеялся по весьма обширному району, из-за потери ориентировки часть десантников попала в расположение своих войск, часть — в воду Днепра, а остальные оказались над марширующими вражескими дивизиями”.
25 сентября бои на плацдарме велись с еще большим упорством. Войска 40-й армии и 3-й гвардейской танковой армии отбивали яростные контратаки врага и медленно продвигались вперед. 47-я армия в это время вышла главными силами к Днепру. Два ее стрелковых полка форсировали реку юго-восточней Канева и мелким группами вели разведку западного берега.
В течение 27-29 сентября на плацдарме днем и ночью шли ожесточенные бои. Обе стороны ставили перед собой активные задачи. Огнем и контратаками пехоты, поддержанной танками и авиацией, враг стремился задержать продвижение наших войск.
В конце сентября 1943 года, чтобы сломить упорное сопротивление противника, командованием Воронежского фронта было принято решение ввести в сражение на букринском плацдарме 2-й эшелон фронта – 27-ю армию (в составе которой был и мой дедушка), расположенную в то время на левом берегу Днепра в районе Переяслава-Хмельницкого. Командующий фронтом генерал армии Н.Ф. Ватутин поставил ей задачу к утру 29 сентября переправиться на букринский плацдарм и на следующий день принять от 40-й армии часть ее полосы обороны.
Вследствие непрерывных атак вражеской авиации и артиллерийского обстрела войска 27-й армии переправлялись медленно, неся большие потери. Приходилось по нескольку раз в сутки восстанавливать мосты. Тяжелую материальную часть вообще не удавалось переправить. Стрелковые части армии сразу по прибытии на правый берег вводились в бой на плацдарме, где с каждым часом нарастали ожесточенные бои.
В этот день противник силами 19-й, 7-й танковых и 20-й моторизованной дивизий пред-принял контрнаступление с рубежа Мал. Букрин – Колесище, поддерживаемое большим количеством артиллерии. Его авиация группами по 20-30 самолетов в течение дня нанесла более 70 бомбо-штурмовых ударов по боевым порядкам наших войск, дислоцированных на букринском плацдарме. В результате наши войска были вынуждены оставить северные окраины деревень Вел. Букрин и Григоровка, высоты 218,0 и 242,0.
Напряженные бои на букринском плацдарме продолжались и 30 сентября. 27-я армия совместно с 40-й и частями 3-й гвардейской танковой армии в течение дня отразили шесть контратак противника. К исходу дня наши войска вновь перешли в наступление и несколько улучшили положение, вернув потерянные накануне позиции и расширив плацдарм до 11 км по фронту и до 6 км в глубину.
В первых числах октября гитлеровцы непрерывно атаковали позиции наших войск. Не считаясь с огромными потерями, вражеское командование на участке фронта 4-6 км бросало по 2-3 полка пехоты при поддержке до 150 танков и 100 самолетов.
03 октября 1943 года в районе деревни Григоровка Каневского района Киевской (а впоследствии Черкасской) области в звании сержанта, командира отделения 786 стрелкового полка 155 стрелковой дивизии 27 Армии Воронежского (1-го Украинского) фронта.
Похоронен на высоте в 2 км восточнее д. Григоровка, о чем указано в донесении Управления 155 стрелковой дивизии 27 Армии Воронежского (1-го Украинского фронта) №02025 от 08 ноября 1943.