![Торговкин Або Васильевич](https://cdn.moypolk.ru/static/resize/w390/soldiers/photo/2020/08/10/18b99c1d453028060abb77fb8f7d4ec8.jpeg)
Або
Васильевич
ПОДЕЛИТЬСЯ СТРАНИЦЕЙ
История солдата
По следам фронтовых писем
О жизни мирной и счастливой
Мечталось вам среди войны…
В год Памяти и Славы,75-летия Победы в Великой Отечественной войны мне принесли письма земляка, фронтового разведчика Торговкина Або Васильевича своей девушке Аграфене. Работая с письмами, я смогла прочувствовать жизнь, боль и переживания тех страшных лет. Насколько важным и поддерживающим могла быть маленькая строчка от любимой. И как иногда мимолетна жизнь, полная планов, надежд и любви.
Герой моей страницы, молодой 23-х летний старший лейтенант, посланец далекой Якутии прошел длинный путь- 19-летний студент Якутского педагогического института был призван в армию осенью 1940 года. На полях сражений с лета 1942 года. Воевал на Западном, Центральном и 2-м Прибалтийском фронтах в составе 65-й стрелковой дивизии.
Або Васильевич воевал не полных 2 года. Но за эти два года командовал ротой бронебойщиков- истребителей танков. Был работником оперативного отдела штаба. Далее командовал 88- гвардейской разведывательной ротой, входивший в состав 65-й гвардейской стрелковой дивизии. Медаль «За отвагу» (1943), Орден Красной звезды (1944). Сражался с врагом героически.
Сегодня, спустя 76 лет, я держу в руках 28 писем- пожелтевших, с рваными краями на сгибах, написанных торопливым, неровным почерком. Как можно больше мыслей старался Або втиснуть в листочек бумаги в короткие промежутки между боями. Сохранившие запах пороха, читанные-перечитанные верной подругой, удивительные письма не могут оставить никого равнодушными. Последнее письмо, датированное 08.03.1944 года с теплым поздравлением подруге, с которым приходит осознание, какие сыны встали на защиту своей Родины, как верили в победу и возвращение домой: « Груня, дорогая, ненаглядная, разреши хоть на листе бумаги фантазировать. Помнишь, писал как-то: не все же время война будет продолжаться и нашей разлуке настанет конец и вот… кончилась война, и я собственной своей персоной в полной офицерской форме являюсь к тебе и… ох, что было бы! Скажи, ну, скажи, что было бы, если было бы так наяву. Думаешь- не будет?! Будет, Груня, будет, приеду и тогда- эх, заживем мы с тобой».
Трудно молодому офицеру разобраться в причинах первых неудач нашей армии. Письма этого периода сдержанны. «Здравствуйте, привет из действующей армии.
Пока здоров на сто годов, время проходит, вернее летит незаметно.. Жизнь сама стала более интересной и боевой. Служба протекает своим нормальным руслом с некоторым изменением, а именно: из строевого командира, перешел в штабную работу. Работа более интересная и отчасти гораздо ответственней, чем командовать ротой. Пока жив и здоров, и не тронут, а дальше что будет, не могу предвидеть».
«Привет с Центрального фронта.
Примите мое чистосердечное пожелание провести Новый 1943 год счастливо, весело. Во-вторых, поздравьте меня с двадцатиоднолетием моего существования на свете. Сегодня 5 января, утром в 5 часов собрал своих друзей, подняли бокал за своих подруг (настоящих невест, будущих супруг). Таких, как я оказывается много, т.е. не успевших узнать суть жизни. Вот за эту жизнь и деремся мы день и ночь, очертя голову. Если не сумеем отстоять+ недожить, будут за нее жить, творить- другие.
День и ночь ожидаю писем, ровно с тем, как ожидаю ежеминутно свою смерть».
«Привет с фронта. Сегодня 20 ноября, день очень теплый, падает снег и для нас он очень благоприятный день, а для фрицев не благоприятно, потому что самолеты немецкие не летают и нам очень спокойно, и беремся за все: бриться, мыться, кто письмецо накатает, у всех жизнь начинается вовсю».
Чувствуется, что Або прошел свою школу бесстрашия, привык к военной повседневности. «Дорогая моя, здесь все хорошо: каждый день пьем сто грамм и кушаем разную белиберду. Иногда пьем знаменитый немецкий ром, закусываем немецкими колбасками, ну а остальное время проходит на поле брани, убиваем, гоним вшивых фрицев, ганцев, иногда смерть весит над тобой (самолеты), пуля около тебя свистит, мина оглушает своим разрывом. Все это кажется для меня естественным».
«Сегодня 27 января, как видите, до сего времени пока жив и не вредим, чего и тебе желаю в твоей веселой жизни. Если описать данную обстановку, которой я располагаю, сегодня день ясный, солнечный, на улице холод, поэтому фрицы не высовывают свои рыжие морды, они от нас всего каких-нибудь 300-400 метров. Только изредка бьет миномет, кое-где стрекочат пулеметы. Летает немецкий разведывательный самолет, по нашему его называют «костыль», интересно тем, что выбрасывает листовки, потом видит- не действуют его листовки и начинает со злости бомбить. Но и наши артиллеристы дают им жару. Живем в немецком блиндаже, несколько дней тому назад здесь жили их офицеры, очень уютно и культурно построено- печка с плиточкой, нары, стулья венские, стол, шкаф. Но их места уже заняты красными офицерами не хуже их. Блины, оладьи печем вовсю».
Молодой Або очень ждал письма от своей подруги, но письма приходили редко и главная причина- постоянные бомбежки в том числе и тыловых структур, наступления и отступления войск, передислокация и т.д. «Одним словом, такое явление со стороны наших любимых девушек, невест, супруг, мы, фронтовики, ваши защитники, считаем- ЧП (чрезвычайное происшествие). Или суди сама. Я уже на войне 10 месяцев, а в армии 3 года старался, стремился быть достойным вас, служил честно, получал благодарности, наконец, окончил военное училище, стал лейтенантом, командовал ротой бронебойщиков-танкоистребителей, водил таких же молодых людей в бой, сражался за жизнь или смерть, получал ранения и контузии, но остался жив. Потом увлекся разведкой, ходил в тыл к немцам и приводил «языка» (пленного), за что в первый раз присвоили очередное звание, а второй раз награжден правительственной наградой, и наконец, с кровью завоевали гвардейское знамя».
С гордостью пишет Або о переименовании дивизии в Гвардейскую. «Пишу с нового места, с направления западного фронта, как видите проехал через Москву, но побывать не пришлось.
Остановились в одном городишке (освобожденном в марте) на временный отдых. Здесь нам вручили гвардейские знамена».
Но зато бодростью и нетерпением наполнены его письма после Сталинградской битвы.
«В данный отрезок времени нахожусь, вернее являюсь слушателем курсов усовершенствования командного состава. Как видите, с 1 мая не участвую в боях, все готовлюсь к решающим последним битвам, от которых зависит наша будущность и судьба нашей Родины.
Да, Груша, пока что не забыл свой родной язык, и читка по родному языку приносит мне большое удовольствие. В течении 3-х лет своих земляков редко встречаю и то не надолго, поэтому разговаривать не с кем.
Учеба идет хорошо, ты сама должна знать- не был и не собираюсь быть хуже других. Где бы то ни был, мое положение, знания, авторитет по мере моей способности. Ведь я сейчас уже взрослый человек, офицер Красной армии, гвардии старший лейтенант, ведь мне после этой краткосрочной учебы Родина доверит роту, батальон. Я их должен вести в бой, иметь успех, принести победу и счастье для нас, для всех. И быть достойным твоей любви ко мне, все это меня обязывает ко всему, чтобы обогащать свои знания и навык»…
«Я должен вести их в бой!». Личная смелость- не самое главное для командира. Ответственность за товарищей, с которыми проходит нелегкая фронтовая жизнь, свидетельствует о боевой зрелости молодого Або.
Но уже повидал Або многое. Находил и вновь терял друзей, наскоро хоронил товарища, с которым час тому назад разделил щепотку пайковой махорки. Отсюда относительное философское спокойствие - «здесь случается убивают, но на то она и война».
Не может нормальный человек смириться с жестокостью, когда человек убивает себе подобного. Но совсем другими категориями мыслит боец, сражающийся за свою Родину, свое счастье. «Вот здесь на войне, когда бывают трудные моменты успокаиваешь себя- ведь взади тебя родина, она ждет тебя с победой, тебя ждет твоя любимая, кого жена, кого подруга».
В ноябре 1943 года Або Торговкин уже профессиональный военный. «В предыдущих письмах я писал, что в настоящее время нахожусь на курсах. Проучился не больше не меньше – 2 месяца и вот настал конец этому. Вооружился новыми знаниями, навыками вести в бой сотни людей и отправляюсь же сегодня на передовую (где идет бой). Вот сейчас утро, примерно 8 часов, гул артиллерийской канонады не смолкает, над головой пролетают сотни наших славных соколов бомбить немцев и гнать дальше на запад. А к вечеру мы вольемся в их ряды, будем командовать людьми и гнать, бить без пощады, чтобы была обеспечена жизнь и счастье вам, и раз и навсегда изгнать этих коричневых чертей.
Груня, ты права, что интересуешься, как я окончил курсы. Вот слушай, я положил все силы, напряг все свои знания и опыт, накопленный в результате моей службы в Красной армии в течении 3-х лет и окончил их в числе отличников, а таких считанное количество и назначен заместителем командира батальона. А курсы готовили командиров рот.
Вчера вечером нас поздравили представители командования, был торжественный ужин, концерт, кино. А сегодня- направление в руки и туда, где идет бой (недалеко, вот все слышно, артиллерийская перестрелка, бомбежка. 5-6 часов ходьбы). Поэтому решил написать, а там может, не будет возможности.
Ну, дорогая моя крошечка, живи и здравствуй, помни всегда и где бы ни была, что тебя и твой образ всегда храню при себе, и с ним пойду в бой. А там судьба покажет».
«Ты спрашиваешь, вернее хочется посмотреть на меня. Да, нашла бы совсем одного, но прежне любящего.
Армия, война крепко изменила меня, мой кругозор, характер, способность применяться ко всему, я совсем другой».
География освобожденных советских городов в письмах наблюдательного Або. «В г. Гжатске, Пригородная, 5 жил с 8 мая по 20 июня. Теперь живу около Вязьмы. Пока нахожусь на отдыхе. Скоро вступим в бой. Або».
«Груша, представь себе- лес, 8 часов утра, в чаще Смоленских лесов средь густо обросшей малины поляна и настлана солдатская постель-плащ-палатка и
Пишу письмо, а сам мечтаю
Сижу один наедине,
О ком я часто вспоминаю,
Но та далека от меня.
Над головой гул моторов, а кругом льется звонкая жизнерадостная солдатская песня. Это курсанты идут на занятия. Взяв бумагу, карандаш пишу письмо тебе, дорогая».
В это же время получила большую популярность песня «Бьется в тесной печурке огонь», оттуда Або позаимствовал фразу, точно определяющую настроение бойца перед боем. «До тебя мне дойти нелегко. А до смерти четыре шага». Нет, Або не боится этих четырех шагов, он сделает их намного позже…
Их имена приносит ветром,
Печальным ветром той войны.
Работая с письмами Або Торговкина, я обратила внимание на фамилии разведчиков, он с теплотой пишет о них 05.12.1943г. и 22.02.1944 г. На сайте Память народа зная их фамилии я узнала о них много, их наградные листы и главным ориентиром для меня было- 88 гвардейская отдельная разведывательная рота, 65 стрелковой дивизии. И я нашла их на вашем сайте Мой полк! Страницы героев ведут их правнуки из Пермского края и Омска. Состоялось наше знакомство и они были рады, что об их дедах они узнали, спустя 75 лет! Их деды встретившие Победу не рассказывали о войне, слишком трудно было вспоминать об этом в мирной жизни.
С днем Сталинской Конституции!
Привет от далекого, любящего тебя человека.
Груня, вот 5 часов утра, что то мне не спится. Слушай, дорогая что побудило меня именно в пять часов утра написать письмо тебе. Вот сижу за столом, кругом спят мои друзья- боевой ординарец Федя Дублистов, дважды награжденный пожилой мужчина из Красноярска, старшина Чередников, мой помощник по обеспечению, тоже дважды награжденный из Омска, рядом с ним Леонид Темеров- малый крепыш, бывший циркач, он у меня писарем, потому что работал после цирка главным бухгалтером. Вот мои боевые помощники. Спят спокойно, наверное им тоже снятся их дети, жены.
В 11 часов вечера пришел с одним командиром взвода с лейтенантом Бахмудовым с передовой. Выбрали место, где сегодня ночью будем языка брать- немца воровать и причем живого, учти.
А как будем брать. Оденем белоснежные маскировочные халаты и пойдем, подползем ближе к немецкой обороне- траншее, а перед траншеями проволока колючая несколько рядов. Саперы разрежут ее и сделают проход для нас. И мы всей группой проползем через проволоку и бросимся к траншеям и поймаем какого-нибудь фрица и обратно тикать, а они будут по нам стрелять из автоматов, пулеметов. Как проволоку пробежим, ближе к себе немцы будут стрелять по нам из артиллерии и минометов и все это обрушится на твою голову. Сумеешь увернуться, тогда останешься жив, приведешь немца, его допросят с какой части, сколько вооружения и тд.
Вот так и воруем немца, вот моя работа т.е. командовать такими людьми. У меня народ боевой, бывалый и смерти смотрят прямо в глаза».
Для командира разведчиков война стала обычным, опасным, но очень нужным делом. С какой любовью описывает он боевых друзей- жаркий тигель войны прочно спаял дружбу якута с русскими и армянами- «народом боевым, бывалым». И тут же огорчения- не сможем побывать в медсанбате на встрече с сибиряками из Омска, которые «привезли 6 вагонов подарков». А они пойдут за «языком». Будут вжиматься в холодную землю при каждой ракете! Будут волочить на своих плечах ненавистного фашиста, который нужен командованию живым. Война!
1944 год- год надежд для Або. Не о смерти, а о грядущей победе читаешь в письмах. Солдаты знали, путь домой лежит через Берлин. Скорей! Вперед! На запад!
«Последняя обстановка: в результате наступления освободили г. Ельня и несколько десятков населенных пунктов. Продвигаемся вперед на запад, немец бежит, бросая технику и вооружение».
О солдатском быте и отдыхе, подготовке к празднику пишет Або 22 февраля 1944 года.
Здравствуй, любимая Груня!
С любящим приветом Або. В данное время чувствую себя вполне свободно, и вне опасности всяких неприятностей, но это определяется двумя- тремя днями, а дальше опять бои. Сегодня вымоемся в бане, снимем пуд грязи, встретим среди густого леса праздник Красной Армии, подымем чарку водки за здравие живых, за упокой мертвых, про дом, про вас, любимых будем вспоминать.
Вот при таких обстоятельствах пишу тебе дорогая Груня письмо, сидя в полусгоревшей избушке, рядом сидит мой неразлучимый ординарец Федя (он пожилой мужчина, 35 лет и имеет троих детей), а человек прямо золото, в бою охраняет меня, а здесь готовит: отбивные, пирожки, пельмени. Одним словом, чувствую себя как в раю.
Эх, как соскучился по тебе, когда же еще получу от тебя письмо? Я твоими только письмами живу.
Вот в прошедших боях били немцев на славу. Конечно, малость отличился в том числе и я, но я отнюдь не хвастаюсь, можешь читать про нас, про лихих разведчиков в фронтовой гвардейской газете.
Привели четырех фрицев, на следующий день еще одного, за это моих 19 разведчиков наградили, а 20 меня. Из них орденом Славы 6 человек, Красной звезды троих, а меня орденом Отечественной войны и повысили воинское звание. Что больше нам требуется- заслужил- получи. Это конечно не только за это, но и за прошлое. И так можешь поздравить солдата с правительственной наградой».
Героев чтить, не забывать,
Их имена хранить в бессмертных списках!
3 мая на Ютуб вышел фильм «Фронтовые письма любви» версия 39,20 на основе писем Або Торговкина и Аграфены Антоновой. Исторический парк «Россия- моя история» (г. Якутск) с 6 мая 2020 года на своей странице в Инстаграм размещал письма, с которыми познакомились свыше 2 тысяч человек. В комментариях подписчики оставляли теплые слова благодарности и признательности -« Все письма перечитывала. Спасибо за столь интересный проект и вклад в сохранение памяти о подвиге союзных республик в этой ужасной войне». «вы приблизили ту страшную войну до наших сердец и душ».
Наш музей вошел в пятерку музеев и представил Якутию на 22 Международном фестивале «Интермузей-2020», посвященном 75- летию Победы. Выставка представляет собой страницу в российском сегменте социальных сетей «В контакте» по ссылке https://vk.com/id596297915, которую ведет музей от имени бойца- Торговкина Або Васильевича. Письма представлены в двух форматах в виде постов с отрывками из писем (отдельные фразы, стихи) описывающие не только эмоции солдата, но и происходящие события, конкретные места сражений.
В апреле месяце я связалась с администрацией Пустошкинского района Псковской области и выяснилось, что имя Торговкина А.В. не внесено в стелу воинских захоронений, но нашлась карточка солдата в военкомате. Поэтому меня заверили, что имя нашего героя войдет в бесконечный список героев войны.
Музеем подана заявка на конкурс социально-значимых проектов, номинация «Развитие инициатив и активности граждан в области патриотического воспитания в год Памяти и Славы» для посещения места гибели нашего земляка.
Зазвучит якутский хомус, пройдет обряд на древней, политой кровью советских солдат псковской земле, ляжет в землю горсть привезенной якутской земли, в знак благодарности и почести нашему земляку приживется молодая сосенка и будет шелестеть ее листва как в его родном наслеге, оставленном 80 лет назад.
Своей любимой Або подписывал письма так: «Вечно твой Або». Он навсегда остался молодым, сильным, спортивным юношей, передовым человеком своего времени!
Помним! Гордимся! Благодарим!