![Петров Степан Семенович](https://cdn.moypolk.ru/static/resize/w390/soldiers/photo/2021/11/13/574fa406b31d571022ac648210f71723.jpg)
Степан
Семенович
ПОДЕЛИТЬСЯ СТРАНИЦЕЙ
Воспоминания
Петров Степан Семенович (24.04.1902 – 10.02.1942)
Петров Степан Семенович родился в 1902 году (во всяком случае, так записано в документе «Выпись о браке»), где, точно не известно, во всяком случае записей об этом событии в Троицкой Кайдановской церкви села Александровка, Белоостровской волости, Санкт-Петербургскогой уезда, Санкт-Петербургской губернии, Российской Империи, где родились его трое младших братьев, не найдено. Он был четвертым сыном моего прадеда, Петрова Семена Степановича (1857 - 1910) и его второй жены Бычковой Любви Николаевны (1863 - 1941). Как и его старший брат Леонид, окончил Ленинградский горный институт не позднее 21 октября 1925 года, поскольку эта дата приказа из Трудовой книжки о зачислении его старшим инженером-обогатителем в Институт механической обработки полезных ископаемых «Механобр» и образование, подчеркнуто - высшее. Однако в другом документе «Выпись о браке» от 23 декабря 1925 года в графе «род занятий» записано – студент? Вот выдержка из письма директора "Механобра" народному комиссару цветной металлургии тов. Ломако от 10.03.1943 года: "На трудовом фронте, при исполнении служебных обязанностей, погиб один из крупных работников обогатительной промышленности и старейший сотрудник Института "Механобр" Петров Степан Семенович. Петров Степан Семенович проработал беспрерывно в Институте "Механобр" 17 лет, с 1925 по 1942 год. За это время им проведены большие исследовательские работы по организации в стране графитовой и серной промышленности. Превалирующее число обогатительных фабрик серной и графитовой промышленности были спроектированы и пущены в эксплуатацию под его непосредственным руководством, большие работы принадлежат ему и в обогащении цветных металлов”. В частности, по словам моего отца, он строил обогатительную фабрику в Узбекистане, на серном месторождении Шорсу в Ферганской долине. Отец писал: «Дядя Степа любил разговоры на политические темы и вел их со мною по-взрослому, корректно и полемически, как равный с равным, что мне очень импонировало. Он жил в маленькой квартире на Мойке 5, что недалеко от храма Спаса на Крови. Обычно он любил сидеть в кресле, а я выхаживал вдоль комнаты вперед и назад и, таким образом, мы вели беседу на политические темы. Дядя Степа, как и дядя Леня, были очень интеллигентными и образованными людьми. Оба всегда крайне возмущались, что в нашем государстве ущемляют права и значение интеллигенции, не создают ей достойных материальных благ, что проявляется в низкой заработной плате и примитивной жилой площади, не позволяющей жить нормальной жизнь; что интеллектуальный труд не ценится по достоинству. Много позже, когда я стал сам специалистом, я хорошо понял их и испытал все это на себе. Но в то время я, как патриот (как мне казалось) стоял на той позиции, что это временное явление, что страна переживает трудности, что надо готовиться к войне, что потом все улучшится. Дядя Степа возражал и говорил, что ничего не улучшиться, что уравниловка в жизни людей это общее направление правительства. Отсюда у него возникали пессимистические настроения, чему я в беседах с ним всегда возражал. Но мы всегда оставались друзьями». 23 декабря 1925 года Степан Семенович сочетался браком (есть документ «Выпись о браке») с Ниной Сергеевной Зариной (18.06.1902 - .1982). Нина Сергеевна окончила гимназию, в 1919 - 1920 годах работала библиотекарем в селе Городня, Лужского уезда Санкт-Петербургской губернии (в данный момент Батецкий район Новгородской области). Сохранился документ: Удостоверение № 435 от 30 июля 1920 года, выданное преподавательнице Черновой советской единой трудовой школы Лужского уезда Городинской волости деревни Черная Нине Сергеевне Зариной в удостоверение того, что она состояла слушательницей организованных при Павловской Экскурсионной Станции с 25 мая по 5 июля 1920 года курсов по подготовке преподавателей природоведения и руководителей экскурсиями. В 1920 - 1924 годах Нина Сергеевна работала учительницей в деревне Черная того же района и станции Струги Красные, 10 км ходила пешком. Возможно, там и познакомилась со Степаном Семеновичем, мать которого имела дом в Городне. После замужества и до войны не работала, муж был важным специалистом, прилично зарабатывал, а она сидела дома, с двумя детьми и нянькой. У них родились двое сыновей: Андрей Степанович Петров (27.06.1927 – 01.04.2007) и Михаил Степанович Петров (14.09.1931 – 11.04.1996). Когда началась война, Нина Сергеевна вместе с сестрой, родителями и детьми уехали в Тихвин. Решили, там будет безопаснее и спокойнее переждать войну. Сняли полдома и прожили 2 - 3 месяца. Когда немецкие войска подошли совсем близко к городу, решили вернуться в Ленинград. Сохранилось письмо от 2 июля 1941 года, которое написал Степан Семенович своему брату Николаю в Псков, который будет захвачен немцами уже через 7 дней. "Дорогой Коля! Остался один из семьи в Ленинграде. Детей и Нину с большими трудами удалось отправить в Тихвин. Не знаю, как они доехали. Проводы и приготовления были молниеносными. С собою взяли только кое-что. Беспокоюсь, как будут жить. Маму решил из Ленинграда никуда не отправлять. В большом городе все же спокойнее. В Тихвин ее отправить не удалось т. к. не было билетов. В Городню, по-моему, напрасно, т. к. возможно и оттуда будут эвакуировать. Что будет со мною ничего нельзя сказать. Штат Института тает, да и занятия совсем прекратились. Видимо на днях совсем закроемся или, что было бы хорошо, могут всех перебросить в другие города. Как это сделать не представляю т. к. билет из Ленинграда можно получить только чудом. Юлечка и Муза пока на даче в Токсово. Это безопаснее, чем в их доме около военного завода. На днях должны приехать сюда и по ночам будут ночевать у меня. В городе идеальное спокойствие. В последние три дня ни один самолет, ни наш, ни противника, ни нарушал тишины. Продовольствия обилие. Внешне ничего не напоминает войны. Но надолго ли? Тяжело делается за себя и за близких. У мамы бываю каждый день. Рад за нее, что до нее положение настоящее слабо доходит. Ну, дорогой мой. Желаю тебе быть здоровым, остаться невредимым. Крепко целую. Степан." А в архиве Механобра сохранилась объяснительная Степана Петрова, почему было принято решение вернуться обратно в Ленинград, почему они не уехали со всем Механобром в Свердловск в начале августа 41-го. "Пятого августа, я в числе других сотрудников Института "Механобр" выехал эшелоном в г. Свердловск. Семья моя находилась в это время в г. Тихвин и я полагал посадить их в эшелон в Тихвине. Билеты на семью мною были взяты в Ленинграде. Около 10 часов утра 5-го августа я телеграммой-молнией предупредил семью о моем выезде. Наш эшелон должен был прибыть в г. Тихвин около 7 часов утра 6-го августа. Телеграмма молния по опыту последних дней, идет до Тихвина порядка 0,5 - 1 часа. Я был уверен, что семья, получив мою телеграмму молнию, придет своевременно на вокзал и произведет посадку в эшелон. В действительности же, по приезду в г. Тихвин я не застал семью на вокзале и вынужден был сделать остановку, отстав от своего эшелона. Не выход семьи к поезду объясняется неполучением телеграммы. Моя телеграмма молния была получена семьею только в 12 часов ночи 6-го августа, т. е. через 37 часов с момента ее подачи. На следующий день, 7-го августа, я сделал попытку сесть с семьей на один из проходящих через Тихвин эшелонов. За несколько минут до прихода эшелона у одного из моих детей начался приступ малярии. В таком состоянии ребенка мне не позволили его посадить в поезд. Учитывая слабость ребенка и дальность пути, я решил возвратиться обратно в Ленинград и продолжить здесь работу. Прошу довести до сведения директора Института содержание письма, устно я его уже проинформировал, и восстановить меня на работе в числе сотрудников лаборатории флотации". В начале февраля 1942 года Степана Семеновича были готовы срочно эвакуировать на отдельном самолете. Но к тому моменту он уже не мог ходить. Эту историю Нина Сергеевна вспоминала всю жизнь, почему не организовали, можно ли было что-то изменить. Степан Семенович умер от голода 10 февраля 1942 года, похоронен на Пискаревском кладбище, братская могила № 9. Свидетельство о смерти выдали на обрывке географической карты. Диагноз - «Дистрафия». Так и написано, документ сохранился. Помимо Степана Семеновича, в блокаде от голода погибла его мать, а так же отец и мать Нины Сергеевны. Выживших членов семьи Степана Семеновича, воздавая дань его заслугам, эвакуировало предприятие «Механобр» в марте 1942 года сначала в Джезказган (Казахстан), затем в Актюбинск, где их и разыскал брат Леонид Семенович. Он помог перебраться переселенцам в Бугуруслан, где помогал и поддерживал морально и материально, а старшего сына Степана Семеновича, Андрея, устроил к себе на работу, что и предопределило его дальнейшую судьбу. После войны Нина Сергеевна с детьми уже в 1946 году возвратилась в Ленинград, работала лаборанткой в Механобре, куда ее взяли в память о муже, в 1957 году вышла на пенсию по старости. Умерла в 1982 году, похоронена на Серафимовском кладбище Петербурга.