![Коганов Фёдор Степанович](https://cdn.moypolk.ru/static/resize/w390/soldiers/photo/2015/04/29/88e522dfb6190098e149f350dfed85a7.jpg)
Фёдор
Степанович
ПОДЕЛИТЬСЯ СТРАНИЦЕЙ
История солдата
Мой отец, Коганов Фёдор Степанович родился 20.021915 года в с.Фролово, Износкинского района, Калужской области. В Красную Армию призван в 1937 году в 58-й артполк 13-й стрелковой дивизии 10-й Армии. В 1939 году закончил офицерские курсы. Войну встретил у самой границы в г. Белосток. Отходил с боями в Белоруссию, потом выходил из окружения до октября 1941г. Явился на сборный пункт в Медыни откуда и призывался. Напрвлен на Кубань в дествующую армию в артиллерию. Бои на Кубани, плен, 3 побега, бои на Кавказе. А потом с боями в составе 964-го артиллериского полка 409-й стрелковой дивизии 7 гвардейской Армии до самой Вены. Награждён орденами "Красной звезды", "Отечественной войны" 1-й ст., медалями "За отвагу", "За взятие Будапешта", За победу над Германией".
В первый же день войны оставил жену и дочь в гарнизоне г. Белосток. Многолетние поиски семьи после войны результатов не дали. Женился повторно; родилась я. Работал на многих местах до самой пенсии. Не дожил до своего 100-летия всего полгода, а до нынешнего юбилея Победы 9 месяцев. Его знают и будут помнить внуки, правнуки, праправнуки и, надеюсь, будущие потомки.
Боевой путь
1939г. - освобождение Западной Белоруссии, 22 июня 1941 года - бои на границе, до октября 1941 года - выход из окружения, 1942г - бои на Кубани, Кавказе. 1943 - 1945 годы: освобождение юга СССР, Молдавии, Румынии, Венгрии, Австрии, Чехославакии.
Воспоминания
Коганов Фёдор Степанович
Уважаемые товарищи! Это письмо – воспоминание ветерана Великой Отечественной войны, в честь великого праздника 65 – летия Победы нашего народа над фашисткой Германией. Пусть будущие поколения помнят, какими мы были и что мы пережили в том страшном 20 столетии.
Я, Коганов Фёдор Степанович родился в 1915 году в Калужской области, в небольшой – 25-ти крестьянских дворов – деревне Фролово Износковского района. В 1931 году закончил неполную среднюю школу – 7 классов. Правление колхоза отправило меня учиться на курсы счетных работников с сельскохозяйственным уклоном. С 1934 года по ноябрь месяц 1936 года я работал счетоводом колхоза им. Сталина в своей родовой деревне. В ноябре
1936 года был призван в Красную Армию в Белорусский Военный Округ. Служил я в 10-й армии в 13-й стрелковой дивизии в 13-м артиллерийском полку наводчиком 76мм орудия. Потом был переведен писарем в штаб артиллерийского полка. В августе 1938 года меня направили учиться на курсы мл. лейтенантов. Занятия проходили в усиленном режиме: изучение материальной части орудия, огневая подготовка, марш броски с полной нагрузкой 25 – 30 км, боевые стрельбы из орудий. 3 августа 1939 года выпускные экзамены. Мне присвоено звание мл. лейтенанта и я назначен командиром огневого взвода 58-го гаубично-артиллерийского полка 13-й стрелковой дивизии. В 1939 году принимал участие в освобождении Западной Белоруссии. 17 сентября на рассвете переходим Советско-Польскую границу, освобождаем г. Новогрудок, г. Слоним, г. Вылковыск, г. Белосток. Выходим на Западный Буг; в последствии – граница с фашисткой Германией.
В 1940 - 1941 году мне запомнилась усиленная торговля с Германией: туда идут железнодорожные составы с каменным углем, с лесом, с железной рудой, наливные составы с бензином. Пакт о ненападении усиливает вооруженную мощь Германия и в то же время очень часто видим немецкие самолеты в нашем воздушном пространстве; летают как у себя дома. Задаем вопрос обо всем этом комиссару полка, он отвечает: читайте газеты, у нас с Германией пакт о ненападении. В феврале 1941 года меня вызывают в штаб артиллерийского полка и вручают предписание с назначением командиром огневого взвода в 315-й пушечно-гаубичный артиллерийский полк Резерва главного командования в г. Бельск севернее г. Бреста. Я радуюсь этому. Новый полк, новая система орудия с большой дальностью огня 18 км.
В мае 1941 года выезжаем на лагерные сборы в большой лесной массив в 12 км от г.Замбров. 22 июня в 4 часа утра дежурный по лагерю объявляет боевую тревогу. Я привожу материальную часть батареи в походное положение, трактора вывозят орудия на исходную полосу движения. Все командиры батарей на совещании в штабе артиллерийского полка.
В 5 часов утра, после совещания, комбат бежит в батарею, вид у него взволнованный и объявляет нам, что немецкая армия форсирует Западный Буг, наши пограничные заставы ведут бой. 10-я армия генерала Голубева и наш
315-й артиллерийский полк приданный в подчинение 10-й армии выдвигаются на Западный Буг.
Все ближе подходим к границе. Нас обгоняют машины, заполненные пехотой 10-й армии, уже слышна стрельба, пулеметные очереди и разрывы гранат. Навстречу нам с границы на предельной скорости встречаются три машины. Первая машина с женщинами и детьми: женщины полуобнаженные, дети раздетые, накрыты на скорую руку какими-то одеждами. Женщины кричат: «Дайте им там, как следует!». Другие две машина с раненными пограничниками и медсестрой промчались навстречу нашей колонне. В небе с самого утра не смолкает гул немецких самолетов. Идут на восток на предельной высоте, несут смерть и разрушение нашему народу.
Впереди небольшая рощица, там стоит машина «полуторка» и командир батареи. Мы занимаем огневую позицию. Батарею быстро приводим в боевую готовность, выгружаем боеприпасы. Командир батареи, взяв с собой отделения связи и разведки, уходит на передовую. После установления телефонной связи с командным пунктом батареи я докладываю: батарея готова к открытию огня. Получаю от него данные для стрельбы. И команда: «Батарея к бою! По фашистам, гранатой, взрыватель осколочный, веер параллельный, 4 снаряда, огонь!» Снаряды со свистом полетели на головы фашистов. Полный день 22 июня 10-я армия отбивала яростные атаки фашистов и прочно удерживала линию обороны. Наша батарея дважды подвергалась бомбардировке; были и у нас раненые и убитые. С наступлением сумерек отходим на восток, занимает новые рубежи обороны, готовимся к новым боям, маскируем батарею от воздушного противника. Утром прибыла кухня. После завтрака нам уже выдают НЗ – прод. поек на 2 -ое суток. После этого на батарею прибыли несколько машин с боеприпасами; разгружаем их. Смотрим на небо, фашистских стервятников не видно. И вдруг крик: «Товарищ младший лейтенант, танки!» Они идут с лощины на малой скорости. Их 9 штук. Батарея открывает огонь прямой наводкой. 4 танка подбиты, остальные увеличивают скорость, разворачиваются под огнем батарей, тоже отвечают огнем (их снаряды ложатся перед батареей) и уходят снова в лощину.
В течение всего дня 23 июня отбиваем атаки фашистов и удерживаем оборону. Обстановка усложняется. Меняем огневые позиции батареи. Мессершмит на бреющем полете расстреливает один трактор везущий орудие. Запасного трактора нет; с болью в сердце приходится взорвать орудие. Батарея стала 3-х орудийного состава. Отходим за реку Нару, нашей авиации в небе нет. 25 июня подходим к аэродрому вблизи г. Белостока. На лётном поле видим страшное зрелище: оно все в воронках, сожженные останки самолетов, обломки крыльев, хвостовые части. Теперь мы понимаем, что случилось с нашей авиацией – она разбита на аэродромах. 26–го июня получен приказ: отступать на Волковыск. Шоссейные и грунтовые дороги забиты отходящими частями, теми, кто уцелел после 4-х суточных боев. Отступаем без прикрытия с воздуха. Подвергаемся частым бомбардировкам, несем большие потери в материальной части и в людском составе. При подходе к Волковыску полковник из штаба 10-й армии сообщает, что г. Барановичи взят немцами, бои идут под Минском, всем отступать на мосты Налибоки, Новогрудок. По пути отступления ведем бой с немецкими десантами, которые задерживают наше отступление.
28-го июня взят г. Минск; мы в окружении в районе Налибоки – Новогрудок. Большие лесные массивы, что нас спасает и укрывает. Создаются штурмовые отряды, изучаем местность, огневые точки на кольце окружения. Днем выходить из окружения невозможно. Как только начинает темнеть, передовые группы прорыва выдвигаются всё ближе к кольцу окружения; в небе вспыхивают ракеты. Вот и кольцо окружения, забрасываем гранатами немцев и с криками «ура» бежим вплотную к ним. Кругом стрельба, свист пуль, разрывы гранат. Подавляем огнем, гранатами огневые точки врага. Прорвались! Всю ночь идем, чтобы уйти как можно дальше от кольца прорыва. Два дня находимся в лесах, а потом мелкими группами выходим к деревне и решаем зайти в неё, узнаем обстановку и просим еды. Местные жители уговаривают нас переодеваться в гражданскую одежду, в военной одежде сразу забирают в плен. Когда я переоделся в гражданскую одежду, хозяин видит какой я истощенный, предлагает мне остаться у него дня на два отдохнуть. Благодарю его за всё доброе и с танкистом, он тоже лейтенант, шагаем на восток. Выйдя по проселочной дороге из леса, видим глубокий овраг, в нём лежат вниз лицом наших девять солдат с пулевыми отверстиями в затылке; у каждого перед головой каски лежат на земле.
Питаемся тем, что дал нам этот добрый человек: есть хлеб и мясо. Идем к реке Березина, надеемся, что в деревне о которой говорил нам хозяин дома, помогут переправиться нам через реку на тот берег; его родственники живут в этой деревне. Наши надежды оправдались – эти добрые люди нам предоставили свой кров, хорошо покормили, дали с собой в дорогу продуктов питания и перевезли нас через реку Березина. Идя по направлению к городу Орша, на перекрестке дорог видим немецкие дорожные указатели, быстро их меняем с одной дороги на другую и уходим дальше на восток. Идём в основном ночью, а днём прячемся в лесах. По пути следования в больших селах стали появляться старосты и полицаи, поэтому мы стали осторожнее. Уже не так далеко г. Ельня. Часто видим сожженные деревни, разбитые мосты через реки. Мой товарищ танкист с каждым днем чувствует себя все хуже, рвота, поднялась температура, он слабеет на глазах и вот недалеко от г.Вязьмы одна женщина согласилась взять его и позаботиться о нем до выздоровления, о моем больном товарище. При расставании я подробно рассказал о своем доме, деревне как её найти и про реку Воря. Дальше я пошел один. Уже осень, октябрь. Всё ближе мой родной дом и родные места. У реки Воря вижу старика-рыболова. Он удивлен и поражен разговором со мной: сколько километров пройдено, не меньше 1000, а может и больше говорит он. Переправившись с его помощью на другой берег реки, спешу к родному дому. Там отец, мать и сестра. Мама меня сначала не узнала – так сильно исхудал и зарос бородой. В моих родных местах была передовая линия фронта, много деревень было сожжено, в том числе и моё Фролово. Я ухожу на сборный пункт в г. Медынь. На сборном пункте в течении 10 дней собралось значительное количество вышедших из окружения, все в гражданской одежде, усталые, похудевшие, но не сломленные духом.
Из г.Медыни нас отправили в Малоярославец, а оттуда на товарном составе в Краснодарский край, в Горячий Ключ. Там помыли в бане, выдали нам старое обмундирование и пошли допросы за допросами: почему попал в окружение, как попал, где попал, и все допросы в ночное время. В конце января месяца меня вызвали в штаб НКВД, майор вручает предписание и говорит: с вами вопрос решен. Я с этим предписанием направляюсь в штаб Северо- Кавказского Военного округа.
Со 2 февраля 1942 года я в 1167-м пушечно-гаубичном артиллерийском полку Резерва главного командования, командиром огневого взвода батареи. Немцами взят Крым. 1167-й артиллерийский полк перебрасывается на Таманский полуостров. Перед нами Керченский пролив. Видим г. Керчь, ведем артиллерийскую стрельбу; как сейчас помню цепи Еникальского маяка, Камыш-Бурун, г.Керчь. Немцы тоже отвечают артиллерийским огнем по Таманскому полуострову. Снова приказ: полк оставляет эти места, ускоренным маршем под г.Ростов на Дону. Занимаем огневые позиции в Ботайске, укрепляемся, готовим оборону, маскировку батарей. Наши войска отступают. Всё ближе к реке Дон подходит фронт. Наши орудия с дальностью огня 18 км, а их в полку 48 стволов, накрывают фашистов массированным огнем еще на подступах к р.Дон. Это им не нравиться, их авиация бомбит наши артиллерийские батареи, с каждым днем бои принимают ожесточенный характер за г.Ростов. Фашистское командование поняло, что Ростов крепкий орешек. Они наносят удары по ст. Тихорецкая, ст. Кавказская. Мы снова отступаем за р. Кубань к ст. Белоречинская, ст. Хадыженская. Трактор, который вез орудие из Ботайска стал «чихать», часто останавливаться на ремонт, запасного трактора нет. В последствие трактор поломался и вышел из строя, нас настигает колонна немецких танков и мотопехота. Уничтожаем своё орудие и бежим в лес. Снова окружение, плен, 2 побега, последний удачный.
С 5 февраля 1943 года снова в действующей армии – 964-й артиллерийский полк 409-й стрелковой дивизии. В боях под ст. Крымская дивизия понесла тяжелые потери и была выведена на переформирование в район г.Шахты. После формирования была переброшена под г. Харьков в Степной резервный фронт в 7-ю гвардейскую армию.
1943 год. Упорные и тяжелые бои под г. Харьковом. Прорываем фронт немецкой обороны и выходим на р. Днепр, форсируем его в районе Днепродзержинска. Шли тяжелые бои за Кировоград. Особенно памятны бои за город Будапешт: прорыв внешнего оборонительного обвода его обороны, бои на подступах к городу, его окружение, взятие. Потом Чехословакия, Австрия. Последний бой в селе Мушев: на рассвете 7-го мая начали и 8-го мая 1945 года закончили.
Прилагаю Вам фотокопию из схемы, начало войны 8 часов утра 22-го июня 1941 года и фотокопию памятки, где мне объявлено 7 благодарностей за все сражения Политотделом 7 гв. Армии. Вам описал все, что мог, честно и правдиво. Да! Трудный и тяжелый путь войны пришлось пройти мне: 2 года и 10 месяцев был на фронте. Я горжусь этим. Перенес все, не согнулся, не сломался и не дрогнул, выстоял. Я потерял жену и дочь 8 месяцев в г. Замбров. Двое родных братьев убиты на фронтах ВОВ. Сожжен родной дом со всем хозяйством, на большаке Юхнов – Гжатск в 1942 году. Награжден на фронте орденом Красная звезда, медалью за Отвагу, медалью «За взятие Будапешта», орденом Отечественная война 1 степени и все юбилейные медали.
С уважением к Вам инвалид Великой Отечественной войны второй группы ст. лейтенант Коганов Ф.С.