![Фёдоров Николай Дмитриевич](https://cdn.moypolk.ru/static/resize/w390/soldiers/photo/2019/05/07/91e5ddc7bd16220f442246710841d11e.jpeg)
Николай
Дмитриевич
ПОДЕЛИТЬСЯ СТРАНИЦЕЙ
История солдата
В 1940 г, после окончания 10 классов Тосненской средней школы, в сентябре вдвоем с товарищем были направлены в город Пензу. Я был принят, а товарищ не прошел медкомиссию. К учебе приступили в начале октября. Учился я хорошо, физически также был развит.
С 20 на 21 июня 1941 года в ночь у нас было занятие, и много было марш-бросков с полной нагрузкой т.е. всю ночь были в движении. Утром уже на финише нашего кросса в летнем лагере мы узнали, что началась война. Заниматься стали усиленными темпами.
20 июля 1941г нас сержантов построили и объявили приказ о присвоении нам звания "лейтенант." Через два дня я с группой молодых лейтенантов получил назначение в г.Иваново. Прибыв туда начали формировать противотанковый дивизион, но формирование дивизиона не закончили и дней через 10 нас несколько лейтенантов направили в г. Юрьев-Польский. Меня назначили орудийным техником в службу артснабжения стрелкового полка 282 стрелковой дивизии. Формировались недолго и дивизия выехала и прибыла в район города Трубчевск около 15 августа 1941 г .Дивизия вела тяжелые бои, от нашего полка осталось совсем мало людей. Я во время этих боев с одним солдатом охранял склад с блиндажами. У села Острая Лука на реке Десне оставили нас на один день, а пришлось охранять две недели. Дальше мы оставили склад и пришли в город Трубчевск, где я нашел своего начальника артснабжения Жмурина и сказал ему: "Почему вы нас оставили на один день, и не приходили за нами, а пришли через две недели?"Он ответил: "Мы видишь в каком состоянии!".В начале сентября немец на нашем участке стал отступать и отступил на линию Погар на реке Судости. Здесь он занял оборону. Мы были на этом участке до 5 октября 1941года. С 4 на 5 октября 1941 года я на двух подводах с двумя солдатами повез боеприпасы на передовую в район г.Погар. Приехали было уже темно, я стал искать командование, кому мне надо было сдать боеприпасы. В одном доме я нашел связистов, которые уже сматывали провода и сказали мне, что давай быстро назад, мы попали в окружение и никого уже здесь нет, все ушли, мы снимаемся .Я не сразу этому поверил и продолжал искать своих. Но уже ни одного солдата и офицера не встретил. Немец сильно стал обстреливать деревню, было уже темно, но деревня горела здорово.
бы благополучно приехали обратно в свое место. Начальник артснабжения даже выразил удивление, что мы вернулись. Тут же немедленно полк стал выходить из окружения. Первые трое суток мы прошли примерно первые 80 км на восток и прибыли в лес недалеко от станции Брасово, которая была уже занята немцами. Здесь были бои день или два стрелковые батальоны прорвались и ушли, а тылы полка и дивизия остались. После этого, как ушли наши батальоны, немцы еще три раза нападали на нас. но мы их отбили и глубже ушли в лес. Нас уже оставалось в полку всего около двухсот человек. С нами был раненный военврач -майор, он был ранен в ногу, и мы двигались только верхом на лошади. Таким образом мы двигались сравнительно долго. так как не могли как следует маскироваться. Вышли мы к нашим числа 19-20 ноября 1941 г в район поселка Катынь. Тогда стянутой линии фронта не было. немец наступал крыльями. В окружении я ходил в разведку один, переодетым под пастуха днем, один раз, но повезло. так как в этих селах немцев не было, так как они были в селах за 10 км от них. Приходилось разрабатывать версии, как отвечать , если схватят немцы, но все обошлось. Обстановка в оккупированной местности было очень тяжелая, душная как будто нависла какая то грозная душная туча. Разузнав о расположении немцев мы ночью обходили их гарнизоны и так прорывались постепенно на восток в своим. Несколько раз ходили в разведку в села, где уже стояли гарнизоны немцев. Здесь мы ходили уже группой по 5-6 человек. Я был старшим. Здесь была нужна большая осторожность. Один раз колонна напоролась на машину с немцами, был очень сильный туман и мы их заметили поздно и совсем они нас не ждали. От неожиданности ни одна сторона не открыла огонь. Мы уже в бои не ввязывались, та как у нас было мало боеприпасов, только на критический случай. Такое было принято решение нашим командованием. таким образом мы хотя и долго, но благополучно вышли к своим. Но уже нас примерно человек 40 офицеров и столько же солдат. Более половины из отряда после последнего боя втихомолку по ночам уходили, толи не выносили холода и голода , толи по другим причинам. Сейчас можно подумать всякое. 21 ноября 1941 г мы прибыли в город Елец , где нас очень хорошо встретили. Вышли мы в форме с оружием и со всеми документами. После Ельца мы прибыли в г. Липецк. где стала формироваться 287 стрелковая дивизия. После нового года 1941-1942, мы в январе 1942 г выехали на фронт и скоро прибыли в район г. Орла. Морозы были сильные, бои ежедневные. Я в это время служил начальником артснабжения стрелкового полка. При доставке боеприпасов иногда приходилось попадать под пулеметный и минометный обстрел из дзота. Один случай был такой- рано утром мы на двух санях привезли боеприпасы в боевые позиции нашей пехоты. Командир полка мне сказал: "Скорее сгружай и немедленно уезжай, видишь какая обстановка." Мы вдоль долины поехали обратно и попали под сильный пулеметный огонь из дзота так как начался уже рассвет. Долго по нашим двум поводам бил пулемет, в очередях были трассирующие пули, но бы благополучно эту зону проскочили. Все это я видел от начала до конца, когда пули летели над головой приходилось сползать на бок саней и волочиться по снегу. Ездовые были смелые люди. Я сидел на задних санях. Приехав в часть мы посмотрели последствия обстрела. Передняя лошадь ранена, наши сани пробиты, пола шинели заднего ездового пробиты ,а люди не ранены, повезло.
В марте 1942 я был переведен в качестве инструктора по подготовке командиров орудий, где я пробыл примерно до сентября 1942 г.В начале сентября меня назначили заместителем командира штабной батареи начальника штаба артиллерии 287 стрелковой дивизии. Это было в районе под городом Мценском. В этой должности я был до 5 декабря 1942 года. нашей задачей было обслуживание штаба артиллерии, дежурство на наблюдательном пункте по наблюдению за противником. После 5 декабря 1942 г. меня направили в штаб армии на станцию Чернь, оттуда в Москву в штаб артиллерии Красной армии. Из Москвы в г.Чебаркуль для формирования штабной батареи 36 пушечной артбригады командиром штабной батареи. После нового 1943 года мы выехали на северо-западный фронт на ликвидацию Демянской группировки, но наша бригада прибыла туда после ее разгрома. В апреле 1943 года нашу артиллерийскую бригаду перебросили на куренную дугу куда мы прибыли в июне 1943 года на участок район города Сумы (Красная Яруга) 8 августа 1943 г я был назначен командиром противотанковой батареи 45 миллиметровых пушек 493 истребительного противотанкового артиллерийского полка. С 8 до 15 августа 1943 мы день т ночь были в наступлении так как немцы стали сильно отступать после разгрома на куреной дуге.Мы сменили много позиций. 15 августа 1943 наша батарея под селом Крысино попало под сильную бомбежку.Вся позиция была в воронках, но по какой то случайности не одна бомба не попала в укрытия, окопы и чудом никто не был даже ранен.Когда стемнело я поехал в штаб полка на Виллисе (ими мы таскали 45 миллиметровые пушки, возили боекомплект снарядов и на них сидел расчет 5-6 человек.) И только отьехали от батареи буквально 100 метров как в темноте попали в воронку, со мной было еще 3 разведчика , но они никто не пострадал, а я сломал при ударе правое бедро и упал с машины в воронку, ведь ехали мы в полной темноте, так как ездить с фарами было нельзя так как были на передовой. Моя фронтовая жизнь закончилась 15 августа 1943 г примерно в 9 часов вечера может чуть позже. Звание старшего лейтенанта мне было присвоено 2 февраля 1943 года приказом командующего брянским фронтом, началась моя госпитальная жизнь, полевые госпиталя, госпиталь г.Мичуринск, г.Мары из которого я вышел 19 марта 1944.